суббота, 2 апреля 2022 г.

Кадзуо Исигуро. Погребённый великан

Книгу обсуждали Оксана Николаевна Жук и Анна Александровна Черных на ФБ. Обсуждали вообще Исигуро – и я взяла себе его на заметку. А про «Погребённого великана» Оксана Николаевна сказала, что ей понравилось сочетание британского эпоса и японского дзена (ну это я «своими словами» её мнение пересказываю).
В итоге, когда в библиотеке на выставке увидела эту книгу – мимо не прошла.
Что сказать о книге? Неспешное сказание о любви, но, оказывается, и о войне, и о нелюбви. Особым звучанием наполненное в эти наши дни, к несчастью, исторические. Нужно ли помнить или лучше забыть? Непростой вопрос. И ответа на него нет.
Вспомнилось видео Нурии «Почему НЕЛЬЗЯ ВСПОМНИТЬ ПРОШЛОЕ в Испании? // Как украли истории дедушки воевавшие против фашизма»: https://youtu.be/uWovNQKud-E

Рекомендую.

Из «официальной» аннотации

Каждое произведение Кадзуо Исигуро — событие в мировой литературе. Его романы переведены более чем на сорок языков. Тиражи книг "Остаток дня" и "Не отпускай меня" составили свыше миллиона экземпляров.
"Погребенный великан" - роман необычный, завораживающий.
Автор переносит нас в Средневековую Англию, когда бритты воевали с саксами, а землю окутывала хмарь, заставляющая забывать только что прожитый час так же быстро, как утро, прожитое много лет назад.
Пожилая пара, Аксель и Беатриса, покидают свою деревушку и отправляются в полное опасностей путешествие — они хотят найти сына, которого не видели уже много лет.
Исигуро рассказывает историю о памяти и забвении, о мести и войне, о любви и прощении.
Но главное - о людях, о том, как все мы по большому счету одиноки.
Подробнее: https://www.labirint.ru/books/520814/

Чем знаменит Исигуро?
Очень тонким, почти ювелирным смещением «точки сборки» традиционных литературных жанров. В арсенале свежеиспеченного нобелиата есть артурианское фэнтези с драконами, душераздирающая антиутопия и сверханглийская история о дворецком, который разрывается между долгом и чувством.
Все вышеперечисленное — не более чем жанровые декорации, которые медленно оплывают и растворяются в нарративе Исигуро.
По-настоящему его занимает кое-что другое: например, механизмы забвения и воспоминаний. Последнее, кстати, роднит его не только с Прустом, но и с авторской стратегией Светланы Алексиевич. Вообще же описывая стиль Исигуро, шведский академик Сара Даниус сравнивает его со смесью Джейн Остин и Франца Кафки, в которую добавили немного Марселя Пруста и осторожно перемешали.
А если говорить совсем просто, то «нобелевку» дали большому писателю, который существует в понятном нам литературном контексте. А еще это писатель-гуманист, которого волнуют человеческие страдания и проблемы долга и самопожертвования.
Лучше и быть не могло.
Подробнее: https://www.labirint.ru/now/isiguro-vmesto-murakami/

И вот ещё пусть: https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D0%B3%D1%80%D0%B5%D0%B1%D1%91%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%B2%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D0%BD

Думаю, что ко второй цитате – словам Наталии Стрельниковой – мне и добавить нечего. 

Цитаты

— Я совсем не помню его лица. Наверное, это из-за хмари. Я многое был бы рад в нее опустить, но не иметь возможности воскресить такое драгоценное воспоминание — мучительно.
С. 40
— Но разве это не трудно, сэр, — разглядеть, что именно скрыто в людских сердцах? Внешность бывает обманчива.
— Это верно, добрая госпожа, но ведь мы, лодочники, за долгие годы повидали столько народу, что нам не требуется много времени, чтобы распознать обман. Кроме того, когда странники рассказывают о самых драгоценных воспоминаниях, им никогда не удается скрыть правду. Пара может заявить, что их связывает любовь, но мы, лодочники, можем увидеть вместо нее неприязнь, злобу, даже ненависть. Или полнейшее равнодушие. Иногда — страх одиночества, и ничего больше. Верную любовь, пережившую годы, мы видим очень редко. Когда же она нам встречается, мы только рады перевезти супругов вместе. Добрая госпожа, я уже сказал больше, чем мог.
С. 58-59
— Может быть, Господь сердится на нас за что-то, что мы сотворили. А может, не сердится, а стыдится.
— Любопытная мысль, принцесса. Но если все так, как ты говоришь, почему же он нас не накажет? Зачем заставлять нас, как дураков, забывать то, что случилось всего час назад?
— Может быть, Господу так стыдно за нас из-за того, что мы сотворили, что он сам хочет об этом забыть. И, как сказал Айвору тот чужестранец, если не помнит Господь, неудивительно, что и мы не помним.
С. 101